Даниэль Самохин: «Любимое место в Израиле — у бабушки в Ашкелоне”

Даниэль Самохин
Photo by David W Carmichael

Internationaux de France 2019 — третий этап серии Гран-при по фигурному катанию сезона 2019—2020. Соревнования в очередной раз пройдут во французском городе Гренобль с 1 по 3 ноября.

Одним из участников выступит израильский фигурист Даниэль Самохин — чемпион мира среди юниоров (2016 год), двукратный чемпион Израиля (2015, 2019), двукратный вице-чемпион своей страны (2016, 2017).

В интервью порталу Blossom on Ice спортсмен рассказал, работа какого известного артиста балета вдохновила его при постановке короткой программы, какую идею  хочет донести до зрителей в произвольной, какие плюсы и минусы видит в работе с родителями, а также какие места обязательно нужно посетить туристам в Израиле.

Этот сезон Вы начали с турнира «Небельхорн Трофи», как сами оцениваете свое выступление в Германии?

Ну, это был первый прокат сезона. В принципе, все идет пока по плану. Конечно, не все получилось, хотелось бы сделать все, что запланировано. Следующие соревнования у меня во Франции, этап Гран-при, надеюсь, там у меня все получится.  

У Вас в короткой программе очень необычный для фигурного катания выбор музыки, «Кони привередливые» Высоцкого. Расскажите, пожалуйста, как появилась эта идея?

Музыку выбрали мы с папой. Папа всегда слушал Высоцкого, ну и я тоже, когда маленький был, слушал то, что слушали родители. Идея программы взята из фильма «Белые ночи». Там есть эпизод, где Михаил Барышников под песню Высоцкого исполняет танец для девушки. В танце была очень сильная эмоция, мы этим вдохновились, поставили программу. Музыка очень сильная, думаю, немногие могут это откатать. Вот, буду стараться (улыбается).

Когда Вы катались, было такое ощущение, что папа у Вас за бортиком всю программу вместе с Вами прокатал.

Да, да. Ну, это он всегда так (смеется)

В произвольной программе у Вас тоже музыка очень сильная, из фильма «Миротворец». Какую основную идею хотите донести до зрителей?

Основная идея — я изображаю главного героя. По-английски фильм называется  “Peacemaker”, от слова «peace» — мир. Он хочет предотвратить войну, старается сдержать насилие. У нас идет такой концепт в программе, что я — агент, я все вижу, а меня при этом не видят. Я спасаю людей и иду при этом своим путем.

Вы несколько лет назад стали чемпионом мира среди юниоров и потом в интервью говорили, что этот титул мешал Вам в прокатах, давил грузом ответственности. Сейчас уже можно сказать, что после нескольких сезонов на взрослом уровне, достойном выступлении на Олимпийских играх избавились от этого груза ожиданий?

Да, конечно, это уже давно ушло. Сейчас у меня другое — я расту, приходится бороться со своим телом, понимать, сколько мне нужно тренировок, как правильно распределять нагрузки.

В этом сезоне я готов хорошо, не устаю в прокатах. В Оберстдорфе не все получилось, так как это был все-таки первый старт, немного нервничал. Но я вышел, почувствовал лед и, надеюсь, теперь буду идти только вперед и вверх, к Олимпиаде. 

У Вас в карьере случалось многое — были серьезные травмы, на соревнованиях терялся багаж с коньками. Где Вы находите в себе силы никогда не сдаваться, двигаться только вперед?

Честно, я не знаю. Стараюсь не думать об этом. Но, конечно, уж очень часто у меня так получается (смеется). Ну, что делать. Есть хуже ситуации у людей. Стараюсь не думать об этом, просто забываю и иду дальше.

Вы получили очень серьезную травму непосредственно во время соревнований на четверном сальхове. Не было потом психологического барьера перед этим прыжком?

Знаете, у меня почему-то такого нет. Я не боюсь прыгать, даже если у меня что-то болит. Например, перед Оберстдорфом у меня нога не восстановилась на 100% и на тренировках я делал только тройные тулупы. Первый раз скрутил четверной уже в прокате короткой программы, впервые за четыре недели. То есть прыгать я не боюсь. Самое главное, если где-то что-то болит, чтобы я туда же не упал (улыбается). Поэтому у меня бывает такое, что я не 100% уверенно иду на прыжок, перестраховываюсь. Но это пройдет, мы же спортсмены, у нас всегда что-то болит. 

Вы тренируетесь у своих родителей, какие можете выделить в этом плюсы и минусы?

У нас самое главное, что мы семья, а уже потом идет работа. Мы всегда помогаем друг другу. Папа у меня — тренер,  мама — хореограф. Еще она занималась художественной гимнастикой и теперь помогает мне с растяжкой. Честно говоря, минусы я даже не смогу назвать. Все-таки у многих нет такого плюса,  как у меня — тренироваться у родителей, поэтому думаю, что минусов в этом вообще нет, только плюсы. 

Ваш брат Станислав тоже занимался фигурным катанием на достаточно серьезном уровне, помогали в детстве друг другу советами?

Да, конечно. Я вообще начал из-за него кататься. Брат сам начал поздно, где-то лет в восемь. Я вышел на лед в 3,5-4 года, но папа сначала меня не хотел тренировать, хотел, чтобы мне хотя бы лет шесть исполнилось, чтобы я стал чуть-чуть постарше. И вот я просто сам катался, что-то прыгал, делал что-то, просто смотрел на брата. Потом папа увидел, что я сам что-то делаю и у меня получается и сказал «ну ладно, давай я тебя потренирую” (смеется). 

А чем вообще сейчас Станислав занимается?

Брат работает тренером, у него есть ученица из Швейцарии. Когда у нас начинается сезон, он проводит в Швейцарии по 6 месяцев, так как большинство стартов в Европе и им ближе сюда лететь. 

Вообще он тоже хочет кататься. У него была серьезная травма колена, две или три операции. В этот раз ему сделали специальные уколы для хряща. У него хряща не было, после уколов хрящ вырос и теперь болей нет и можно опять кататься. 

В шоу кататься или вообще вернуться в спорт?

Нет, не в шоу. Он хочет прямо соревноваться. Ну, посмотрим, как получится. Если он хочет, почему нет? Я думаю, все может быть. У нас ребята все стараются.  Вот Леха молодец (показывает на Алексея Быченко, который параллельно дает интервью в микст-зоне, и оба смеются). Тридцать один год человеку, а как легко прыгает. 

И последний вопрос — Вы часто в интервью говорите, что гордитесь тем, что выступаете за Израиль. Как часто получается там бывать и какие места Вы бы посоветовали обязательно посетить туристам?

Ну, Мертвое море точно надо посмотреть, это 100 %. Иерусалим надо обязательно посетить. Вообще я почти каждый год туда езжу, в этот раз был там где-то в июне-июле. Занимался своим плечом, у меня там проблема была, но, к счастью, без операции обошлось. Так в Израиле бываю три раза в год. Любимое-любимое место — наверняка у бабушки, в Ашкелоне. Я к ней всегда езжу, она мне там готовит что-нибудь вкусное. 

Спасибо большое за интервью. Желаю удачи в сезоне!

Людмила ОРЛОВА